Чтобы не забыть

Настоящая цель Холодной войны

AMERICAN TRIBUNE

В начале 1970-х годов ЦРУ опубликовало отчёт, признающий, что Иэн Смит и «Родезийский фронт» хорошо управляли Родезией, не были коррумпированы (в отличие от всех остальных деколонизированных государств) и сражались с коммунистами в интересах своего свободного и процветающего общества.

Тем не менее отчёт требовал уничтожить Родезию, поскольку «Родезийский фронт» Смита отказался принять эгалитаризм и вместо этого остался верен идее «ответственного правительства», которое способствовало бы национальному процветанию и сдерживало коммунизм.

В итоге Родезия была уничтожена и отдана на терзание коммунистическим волкам.

Позор.

Печальный факт заключается в том, что мы живем на гниющих руинах мертвой цивилизации — той, что начала свой упад еще в 1880-х годах, если не раньше, и была забита насмерть на полях Фландрии в 1914–1918 годах. В последующие десятилетия сохранялись лишь ее остатки, которые постепенно угасали.

У этой цивилизации было много названий: Запада, Окцидент, Великие державы. Хотя она состояла из самых разных систем — от прусской бюрократии до американского Дикого Запада, — в ее основе лежали две главные концепции: упорядоченная свобода и естественная иерархия.

Именно это отличало ее от остального мира. Африка, к примеру, оставалась в варварском каменном веке и жила преимущественно в условиях племенного анархизма. Императорский Китай, с другой стороны, обладал строгой и четкой иерархией, но был абсолютно лишен какого-либо понимания упорядоченной свободы или вообще какой-либо свободы для огромных масс внизу. Разумеется, существовали и исключения, но в целом картина была именно такой.

Таким образом, Запада был исключительным. В его рамках человек, независимо от своего положения, в целом был защищен от произвола властей, от ужасов анархии и являлся частью упорядоченной социальной системы, в которой статус был определен, но мог меняться, если человек обладал выдающимися способностями или, напротив, чрезмерной безалаберностью. Так, лорды-транжиры лишались своего положения, на их место поднимались новые люди, а общество в целом процветало.

Затем Первая мировая война уничтожила этот порядок. Повсеместно, от Америки до Германии, начались высокая инфляция, астрономические подоходные налоги, огромные налоги на наследство и невероятные людские потери, унесшие цвет всего общества — от верхов до низов — в оргии бессмысленного кровопролития.

За этим последовали убийственный коммунизм в Советской России, безудержный вильсоновский менеджериализм в Америке и мерзкая бюрократическая тирания в Англии. Францию тем временем охватили социализм и бедность, а Германию — коммунистические восстания, анархия и гиперинфляция.

Затем наступила Великая депрессия, которая в Америке уничтожила аристократию «Позолоченного века», привела к социализму Рузвельта и положила конец той свободе, которой мы славились. Британия пережила нечто подобное. Примерно в то же время большевики уничтожали десять миллионов христианских крестьян во время Голодомора.

И, разумеется, кульминацией этих темных тенденций стала Вторая мировая война. То, что оставалось от свободы, было стерто: усадьбы в Англии конфисковывались и использовались правительством (которое часто разрушало их в процессе), американцев и британцев арестовывали без причин, кроме их нежелания видеть Европу уничтоженной в очередном ненужном катаклизме, а государства мобилизовали все общество на непопулярную войну.

Так началась Холодная война.

Коммунисты

С одной стороны стоял коммунистический мир. Он остался верен своим агрессивным и кровожадным корням, опустив «Железный занавес» над половиной Европы. Это позволило ему тиранить остатки региона, который был жестоко изнасилован и разграблен, пока армии под красными флагами добивали остатки старой прусской аристократии. Выкачивая ресурсы через Коминтерн, он также продвигал коммунизм за рубеж.

От Греции до Кении, от Кубы до Кореи вспыхивали коммунистические восстания, и везде, где они побеждали, следовала резня грандиозных масштабов. Десятки миллионов погибших в Китае, лагеря смерти на Кубе, тоталитарный бандит во главе Северной Кореи и так далее.

Таким образом, упорядоченная свобода и естественная иерархия, которые когда-то делали Запад Западом, исчезли на землях за железным занавесом.

Свободный мир

С другой стороны находился так называемый «свободный мир». Проблема заключалась в том, что он также не был по-настоящему свободным и уж точно не особо боролся за свободу за рубежом.

Возьмем Англию. Когда-то страна, где свобода сохранялась в постклассическом мире, к середине XX века была полностью угнетена. Налоги на наследство превышали 90%. Подоходный налог превышал 90%. Карточная система сохранялась вплоть до 1950-х годов. Ключевые отрасли — железные дороги, уголь, сталелитейные заводы и т.д. — были национализированы (украдены) лейбористским правительством. На перепланировку, новое строительство или подобные проекты требовалось разрешение на планирование, а дома конфисковывались правительством без справедливой компенсации. Сегодня фермеры даже не могут продавать свою продукцию в фермерских лавках без бесконечной бюрократии, а патриотов сажают в тюрьму за пробританские мемы, которые мигранты считают оскорбительными.

В Америке точно так же подоходный налог вырос от нулевого до мучительно высокого на протяжении века, семейные предприятия были уничтожены налогами на наследство, а из-за бесконечных сводов правил и регулировок от сотен злобных ведомств стало почти невозможно даже собирать дождевую воду на собственном участке.

Подобное отношение и подобная политика были бы немыслимы по обе стороны Атлантики до Первой мировой войны и подвергались бы серьезному сомнению вплоть до Второй мировой. Но к тому моменту, когда Старый Свет был разорен бесконечными войнами и налогообложением, сопротивление оказывали лишь немногочисленные «реакционеры», все еще сохранявшие мышление и дух своих предков. Остальное общество — бюрократический и индустриальный «человек массы» и его технократический хозяин — в целом с этим смирились.

Однако эта антисвободненская и антииерархическая установка, из-за которой злобные бюрократы ради забавы облагали налогами тысячелетние состояния, была характерна не только для внутренней политики Запада. Она проявилась и во внешней политике периода Холодной войны.

Эгалитаризм Холодной войны

Вот ключевой факт, который многим трудно понять.

Холодная война шла не за «свободу», «демократию» или любые другие громкие слова, используемые упырями из военно-промышленного комплекса для продажи еще большего количества сверхдорогого оружия. Хотя некоторые из поздних «грязных войн» и были честной попыткой противостоять коммунизму, это происходило лишь в период президентства Рейгана, а не на протяжении всей Холодной войны. На самом деле речь шла об уничтожении Старого Света из зависти, злобы и любви к эгалитаризму.

Возьмем, к примеру, Индокитай. Сначала мы водили за нос французов, поставляя ровно столько материалов, чтобы они продолжали тратить драгоценных людей и деньги на проигранную войну. Затем мы перекрыли снабжение, сославшись на «расходы», и вынудили их уйти. Затем мы поддерживали правительство Дьема ровно столько, чтобы сделать католиков непопулярными, после чего допустили его убийство и преследование католиков. За этим последовали годы «земельной реформы», которая привела лишь к лишению антикоммунистической аристократии ее ресурсов, так что в стране не осталось заметного антикоммунистического блока. Наконец, избавившись от католической и аристократической силы, способной бороться с коммунизмом, мы бросили Вьетнам на произвол судьбы, и он стал полностью коммунистическим.

Затем Средиземноморье. Сначала Рузвельт и Трумэн пытались заставить Черчилля уступить требованиям Сталина и позволить Греции пасть под натиском коммунизма; к счастью для греков, он отказался, и она осталась свободной. В ярости Америка отомстила в Алжире, где мы ложно изобразили французов варварскими убийцами, заставив их уйти и передать страну вместе с проживавшими там франкоалжирцами («пье-нуар») в руки кровавых террористов. А в Суэце мы заставили французов и британцев отдать построенный ими канал египетскому диктатору. Это фактически оторвало старые мировые державы от их немногочисленных оставшихся восточных владений, положив конец империализму и окончательно заменив его «Холодной войной».

Повсюду одна и та же история. От Бирмы до Экваториальной Гвинеи стабильные старые державы вытеснялись американским коварством и советскими советниками — не потому, что старые европейские державы были плохими правителями, а потому, что они считали естественную иерархию благом, на котором должно строиться управление, а не злом, которого следует избегать. В итоге коренное население лишилось стабильного западного правления, которое приносило им упорядоченную свободу и относительное процветание «ценой», по сути, аристократического правления. Вместо этого они получили различные ужасные правительства по собственному выбору, диапазон которых варьировался от популистского социализма Перона до беспощадного, кровожадного аграрного коммунизма Пол Пота.

Все могло быть иначе.

Но вышло именно так, потому что две державы, имевшие значение на протяжении большей части второй половины двадцатого века — Советы и американцы — были преданы идее искоренения старых ценностей, сделавших Запад великим.

А именно: они считали, что упорядоченная свобода должна управляться технократическим централизованным правительством, которое высасывает все ресурсы общества, чтобы затем «управлять» ими, а естественную иерархию они рассматривали как глубокое зло, которое необходимо выкорчевать во имя «равенства» (эквити).

Поэтому в их глазах империализм и его остатки — будь то в форме Чан Кайши и Иэна Смита или «пье-нуар» и Суэцкого кризиса — были злом, поскольку представляли собой довоенное состояние дел: свободное, процветающее и иерархическое общество, управляемое законами природы, а не идеологией.

И это приводит нас к тому, как ЦРУ сознательно уничтожило Родезию.

Родезия, Родезия

Естественно, державам, которые предпочитали Пол Пота французскому империализму, не нравилось, что Иэн Смит — крупный благородный землевладелец, который с гордостью был «более британцем, чем сами британцы», — управляет Родезией вместо какого-нибудь ужасного эгалитариста в стиле Иди Амина. Таким образом, разведывательному аппарату, который оправдывал Маршалла, бросившего Чан Кайши и Китай на произвол коммунистов, который регулярно инфильтровался советами и проявил подозрительную некомпетентность на Кубе, был дан мандат на уничтожение Родезии.

Конечно, те же типы, которые не смогли убить Кастро или выяснить количество советских ракет, были некомпетентны, поэтому родезийское правительство не было свергнуто в результате переворота в гватемальском стиле. Однако спецслужбы оказали услугу своему союзнику Мугабе, отказавшись говорить правду о правительстве Иэна Смита и выставив его «расистским», чтобы его уничтожили такие злые люди, как Джимми Картер и его друг Энди Янг.

Именно это всплыло, помимо бесчисленных других доказательств, в ныне рассекреченной сводке ЦРУ от декабря 1970 года — периода, когда коммунистические террористы уже годы насиловали, пытали и убивали мирных жителей Родезии.

В ней ЦРУ открыто признает, что правительство Иэна Смита невероятно компетентно в построении развитой экономики и функционирующего общества перед лицом западных санкций, а затем обрушивается с критикой на этот успех, называя его расистским. Краткая выдержка из отчета отлично это иллюстрирует:

«С момента одностороннего провозглашения независимости от Великобритании в ноябре 1965 года правительство белого меньшинства Родезии успешно противостоит враждебности со стороны всего мира. Торговое эмбарго ООН затормозило экономический рост и нанесло удар по табачной промышленности Родезии, однако экономические санкции не соблюдались строго и единообразно. В результате усилия ООН не смогли заставить мятежное правительство пойти на уступки. Фактически, спустя пять лет прочная, хорошо развитая экономика страны начала восстанавливаться. Благодаря удачному году в сельском хозяйстве экономика выросла на 11 процентов в 1969 году, а экспорт вырос впервые с момента объявления независимости. Хотя новое консервативное правительство Великобритании намерено возобновить переговоры с Родезией, правительство Иэна Смита испытывает мало давления для компромисса и, похоже, твердо намерено следовать курсу, закрепленному в новой конституции, которая утверждает правление белых».

Ни слова о злодеяниях «мятежников», под которыми подразумевались террористы, вооруженные и обученные Советами и КПК.

Казалось бы, ЦРУ должно было волноваться из-за коммунистического мятежа, атакующего государство, которое не хотело ничего, кроме как оставаться свободным и процветающим, и по своей природе было крайне расположено к Западу.

Но им было все равно. Все, что их волновало — это раса правящей элиты, о чем свидетельствует клеветническое описание крайне популярного правительства «Родезийского фронта»:

«Родезийский фронт (РФ), впервые пришедший к власти в 1962 году, продолжает доминировать в политике страны. Хотя РФ правит не без оппозиции, его белые критики не смогли получить ни одного места на генеральных выборах 1970 года. Несколько чернокожих оппонентов были избраны, но они представляют крайне малое число африканцев и служат в основном ширмой в парламенте, контролируемом белыми. Подавляющее большинство африканцев не играет никакой роли в политической системе и пассивно принимает доминирование белых».

ЦРУ даже сфальсифицировало историю, очернив в целом позитивные отношения между родезийцами и коренным населением (в частности, матабеле/ндебеле), заявив, что эта связь держалась исключительно на пулеметах. Это была откровенная ложь, так как чернокожие уроженцы находились в весьма хороших отношениях с родезийцами, а не жили в вечном страхе перед оружием белого человека. В любом случае, вечно ошибающееся ЦРУ заявило:

«Вооруженная пулеметами Максима, "полиция" компании легко подчинила себе местные африканские племена — машона и более воинственных матабеле. Но в 1896 году оба племени подняли восстание, и машона вели кровавую партизанскую войну, на подавление которой ушло почти полтора года. Удерживаемый в подчинении, африканец впоследствии стал дешевым и готовым источником рабочей силы — сначала для ферм белых и домашней службы, а позже для шахт и фабрик Родезии».

Но и это не все. ЦРУ продолжить лгать о самих мятежниках, выставляя их продемократическими умеренными силами вместо того, чтобы признать очевидную правду: они были коммунистическими боевиками. Более того, оно соврало, представив Родезию как государство апартеида, а антикоммунистические настроения охарактеризовав как «белую реакцию» против «расово умеренных сил», проигнорировав тот факт, что деревенские вожди и большинство их последователей приняли сторону правительства Иэна Смита. Оно утверждало:

«Какую бы обиду африканцы ни таили на белого человека, она оставалась под поверхностью до конца 1950-х годов, когда вместе с волной африканского национализма по всему континенту начали меняться и политические взгляды чернокожих в Родезии. Вдохновленные успехом других националистических движений в Африке, собственные националисты Родезии стали призывать к принципу "один человек — один голос" и в некоторой степени преуспели в привлечении сторонников, особенно в городах. Однако внутренние междоусобицы и насильственные столкновения между их последователями сделали националистов легкой мишенью для репрессий. К 1964 году правительство запретило их организации и поместило их лидеров под стражу.

По мере повышения политической активности африканцев белые реагировали смещением все дальше вправо. Принятие белыми избирателями конституции 1961 года, предусматривавшей постепенный переход к правлению африканского большинства, казалось триумфом расово умеренных сил. Но в 1962 году к власти пришла партия "Родезийский фронт", игравшая на страхах белых перед социальной интеграцией и правлением черных. Ее заявленной целью было получение независимости при правлении белых. После разочаровывающих и часто тяжелых переговоров с британским правительством, которое отказывалось предоставить независимость до гарантирования принципа правления африканского большинства, правительство Иэна Смита в одностороннем порядке объявило о своей независимости 11 ноября 1965 года. В марте 1970 года оно окончательно ввело в действие конституцию, институционализировавшую правление белых».

Дальше — хуже: ЦРУ, якобы оплот мирового сопротивления коммунизму, затем приуменьшает коммунистическую угрозу Родезии, утверждая, что массивные поставки советского и китайского оружия мятежникам не были доказательством их коммунистических симпатий.

Да, ЦРУ лгало в интересах кровавых коммунистических террористов, чтобы наехать на антикоммунистическую страну.

Оно заявило:

«Хотя правительство Смита мнит себя "оплотом против коммунизма", непосредственной коммунистической угрозы Родезии нет. Коммунистической партии Родезии не существует. Националисты, конечно, получают оружие и деньги от коммунистических стран (ЗАПУ — в основном от Советского Союза, а ЗАНУ — от Коммунистического Китая), но их приверженность марксизму едва ли выходит за рамки декларирования революционной риторики».

Таков смысл и остальной части документа. На каждом шагу успешное правительство Иэна Смита — то самое, которое, по признанию самого ЦРУ, создало сильную экономику, — очерняется как эдакий Ку-клукс-клан в Южной Африке. Коммунистические же террористы изображаются как продемократические борцы за свободу.

И этот отчет был опубликован в 1970 году, во время правления якобы консервативной антикоммунистической администрации Никсона.

Подлинная история XX века

Печальный факт заключается в том, что в 1970 году ЦРУ намеревалось бороться с коммунизмом не больше, чем подчиняться Трампу в 2016 году.

Целью американских аппараччиков было не поражение коммунистов за рубежом и даже не их сдерживание. Напротив, как показывает общая тенденция века и подтверждает отчет ЦРУ, цель заключалась в том, чтобы разгромить старые центры силы и заменить их чем-то эгалитарным — что и по сей день остается целью правящих верхов.

Вот почему Смит подвергался нападкам ЦРУ, а повстанцы во главе с Мугабе получали от него поддержку.

Смит — в своем сшитом на заказ костюме, с антикоммунистической риторикой, статусом крупного землевладельца и общим мировоззрением — был человеком Старого Света. Он действовал как сформировавшаяся в Африке версия британского джентльмена эпохи расцвета Британии — времен, когда Англия еще ценила естественную иерархию и упорядоченную свободу. За эти вещи он и сражался в Родезии и сохранил бы их, если бы победил. Но поскольку эгалитарная Америка — хоть при откровенно левом Картере, хоть при скрытых левых в лице всех последующих республиканцев — ненавидела эти ценности, Смита также ненавидели и поливали грязью в ЦРУ.

Мугабе, с другой стороны, был полной его противоположностью. Он был коммунистическим повстанцем, человеком вроде любимого леваками Малькольма Икса, готовым и желающим использовать насилие против «угнетения белых» (под чем он понимал соблюдение базовых законов цивилизованного общества). Он хотел без компенсаций экспроприировать собственность успешных белых — ровно то же самое, чем британцы и американцы с их высокими налогами на наследство занимались все годы «прогрессивизма». И он говорил на языке «равенства» и «справедливости», который так любили помешанные на гражданских правах США.

И ЦРУ дало «леворадикалам» в американском правительстве все риторические инструменты, необходимые для дальнейших атак на правительство Иэна Смита и помощи его коммунистическим врагам. Оно прикрывало их коммунистические убеждения и скрывало их зверства, выставляя их мягкими и справедливыми агентами демократических перемен и скрывая от читателей отчета тот главный факт, что они были коммунистами, пытошниками и убийцами как черных, так и белых родезийцев. Оно клеветало на Смита и его правительство, умаляя их значительные успехи и делая вид, что единственное функционирующее государство в Африке, где не было апартеида, являлось правительством «превосходства белых», чтобы его все возненавидели.

Родезия не должна была погибнуть. Она стояла за то, за что стоял Запад вплоть до катастрофического XX века: Свободу. Процветание. Иерархию. Это были ключевые ингредиенты, делавшие Запад особенным. Когда британцы и американцы вместе с так называемыми свободными государствами континента бросили их в погоне за эгалитаризмом, родезийцы остались верны тому, что существовало прежде, справедливо считая это лучшим выбором.

Но к тому моменту, когда они встали на его защиту, правящие верхи уже вцепились им в горло. Их эгалитаризм стал системным, заставив их вновь встать на сторону коммунистов, чтобы уничтожить один из последних настоящих оплотов Старого Света и более свободного прежнего порядка. И Родезия была повержена, пав после 15 лет борьбы против мятежников, поддерживаемых практически всем миром, включая лживое ЦРУ.

American Tribune